На пути к Эвересту: Ама-Даблам

На пути к Эвересту: Ама-Даблам

8 ноября наша пятерка вышла из Пангбоче (3900), минуя Базовый лагерь (4500), в Передовой базовый лагерь (5300). Наутро 9 ноября Сергей Коновалов понял, что ни дни отдыха, ни антибиотики ему не помогли, и он показал пример нам разумности и ответственности перед командой — ушел вниз и вызвал вертолет по страховке, который отвез его в Катманду в госпиталь.

Мы продолжили восхождение и перешли в Лагерь1 (5700). 10 ноября мы перешли в Лагерь2 (6000) и в ночь вышли на восхождение. На маршруте мы уже привычно разбились на двойки — я с Ринатом Самигулиным впереди, за нами Гена Долгов и Игорь Коровин. В районе Лагеря3 (6200) разрыв составил 2 часа, и нам с Ринатом пришлось до 6 утра подождать ребят. Очень сильно подмерзли.

Потом продолжили восхождение почти в прямой видимости друг друга. Вышло солнце, и стало веселее. Вдруг Ринат мне говорит, что не сможет идти дальше, т.к. начались судороги по всему телу. Я очень расстроился, но что поделаешь. Ринат решил покушать и попить чаю и посмотреть на реакцию. Я стоял выше его и ждал, и самочувствие у него улучшилось, мы пошли к вершине дальше.

И почти сразу после этого я по рации получил информацию от Гены, что Игорю очень плохо и срочно надо спускать вниз. Мы были с Ринатом в 100 метрах по вертикали от вершины. Я думал, что нет на свете сил, которые смогут нас оставить в этот день без вершины. Нашлись. Я сказал Ринату, что мы идем вниз. Помню его удивленный взгляд — только что я его уговаривал идти вверх, и вот… Я буркнул, что-то типа «Игорю плохо» и побежал вниз.

Потом были 3 часа переговоров со страховой с простым результатом — на такой высоте эта вертолетная операция стоит 20 тыс долларов, а у вас в полисе на вертолет заложено 5 тыс дол. Мы начали спускаться в Лагерь2, где у нас не было палаток. Пришли в темноте. Игорь и Гена очень уставшие. Попросили у американцев в палатке место. Оставили друзей, а сами с Ринатом спустились по скалам с бесконечными перестежками в Лагерь1. Наутро ребята пришли к нам. Было понятно, что предстоит дальше — уходим вниз, груженные и замученные. И без Горы.

Итак, позавчера утром я стоял в лагере1 на высоте 5700м, смотрел на такую близкую вершину Ама-Даблам в лучах солнца и чувствовал себя обиженным ребенком — мне показали конфету, развернули и надломили, доказали, что она шоколадная, а не с какой-нибудь белой начинкой, и завернули, и спрятали, не дадут!

Я мечтал об этой горе с 2000 года. У меня была неудачная экспедиция по маршруту Башкирова с Геной Долговым в 2005-м. И вот я не дошел 100 метров до вершины. Столько усилий по организации этой экспедиции и …100 метров. Я не мог смириться. Ребята в безопасности, хоть и смертельно уставшие. Есть два дня резервного времени. Мысль работала, пока все собирались вниз. Мы не отдохнули, и на такой высоте особо не отдохнешь. Мы скинули не сильно высоту, чтобы отдыхать, но сильно, чтобы стартовать на вершину. Но я хотел эту конфету.

В общем, я предложил Ринату рискнуть. Ребят отправили дальше вниз в АВС, сами завалились в палатки поспать до 22.00.

В 22.52 12-го ноября мы вышли на вторую попытку. Почти сразу Ринат почувствовал судороги в руках. Не восстановился. А может это судьба. Кто ж знает свое будущее?

Если бы это случилось за час до этого, когда надо было вылазить из теплого спальника в замерзшую палатку, а потом в продрогшую ночь, то я бы это засчитал за классную причину или знак судьбы, в общем, за что-нибудь, лишь бы не вылазить в ночь из спальника. Но теперь я уже согрелся, я уже начал разговаривать сам с собой, теперь я не отдам эту конфету…

В 8.30 вчера по непальскому времени я стоял на вершине Ама-Даблам. Пообгонял немного тех, кто вышел из верхних лагерей. Подморозил пальцы на ногах и руках, но в нормальном варианте. Немного поснимал на вершине.

Четыре восьмитысячника с такого ракурса не всегда увидишь. А потом был спуск. Ребята снимали лагеря и шли вниз, а мне оставили две палатки и еще разную мелочевку. Они к темноте пришли в Пангбоче, а я уже ночью.

Сначала мечтал о хорошем ужине, а потом понял, что если не надо будет никуда идти и можно будет поспать в тепле, то в принципе я и на это согласен. Ребята меня нашли сегодня утром, спавшим на лавочке в dinning-room под двумя одеялами, где спят обычно шерпы. Это была одна из лучших ночей в моей жизни.

Олег Афанасьев.