ФАР. Посторонний взгляд изнутри

ФАР. Посторонний взгляд изнутри

В конце октября мне пришло приглашение принять участие в 3 Всероссийском экспертном совещании «Альпинизм в России. Актуальные вопросы развития». В письме за подписью Андрея Волкова было сказано, что «в совещании примут участие члены Правления ФАР, руководители ведущих региональных федераций и клубов альпинизма, лидеры отечественной outdoor-индустрии, представители средств массовой информации, эксперты по вопросам безопасности и прикладной горной подготовки». Не поняв, где я собственно в этом списке, я все-таки решил поучаствовать в столь интригующем мероприятии. 

Дело в том, что деятельности ФАР я вообще не касался ни разу. Я, конечно, жил стандартной альпинистской жизнью, выполняя правила этой жизни, обозначенные ФАР, но федерация была где-то там себе, а я сам себе. В чемпионате очном поучаствовал всего раз – в 2003 на Ак-Кае в Безенги. Очень неприятные воспоминания – нулевая организация, ужасно разваленная гора, некомпетентные судьи. В клубной деятельности тоже мы как-то все эти годы обходились без федерации. Ну, потому что работа была не особо выдающаяся, поэтому и можно было жить в своем небольшом мире. ФАР жила сама по себе, меня не замечая. Я тоже жил сам по себе, и в разговорах, проходя мимо, не упускал возможности пнуть ФАР. Последнее время очень раздражала эта игра в спорт внутри альпинизма, и я видел и продолжаю видеть большой вред нашему делу от этих правил разрядных. Свои взгляды я, в общем-то, высказывал почти на всю страну, поэтому в любви к ФАР меня трудно упрекнуть. Из этого всего следует, что ехал я на своем автоматическом мобиле в подмосковные леса с изрядным запасом иронии и ехидства.

Но в списке были знакомые и уважаемые мною люди – Одинцов Александр, Шабалин Павел, Колчанов Евгений, Овчинников Алексей, Глушковский Александр, Мороз Влад, Захаров Николай, Шибаев Сергей, Даренская Лиана, Хабчаев Энвер – и была надежда, что сильно не побьют. И хотя многие из моих знакомых, к сожалению, не приехали на совещание, надежда оправдалась - не побили. А еще было интересно «живьем» посмотреть и, если повезет, познакомиться с самим Волковым Андреем Евгеньевичем, Душариным Иваном Трофимовичем, Кузнецовой Еленой Валентиновной, Яковенко Александром Николаевичем.

Но не это все, конечно, заставило меня отправиться на встречу ФАР. Дело в том, что 2 месяца назад мы перезапустили наш клуб "Стремление". Сделали работу над ошибками и начали почти заново. И как-то само собой пришло здравое понимание того, что если ты в этой стране хочешь работать с людьми, никуда тебе не уйти от общения со структурой, которая как минимум де-юре отвечает за альпинизм в России. И надо дружить, надо общаться, надо сотрудничать. Плохие правила игры - это лучше, чем вообще отсутствие таковых. Поняв это, месяц назад я возглавил Краснодарскую краевую федерацию альпинизма. И вот теперь ехал на первое знакомство, так сказать.

12-го ноября к полуночи мы все съехались в Конобеево, а наутро началось двухдневное совещание.

Я сразу вошел в ступор от формы совещания. Я привык уже, что наше альпинистское российское сообщество живет в отрыве от всего – в своем пространственно-временном континууме. Со своей логикой и экономикой - вернее, без таковых. А тут предлагается вполне современная схема мозгового штурма – постановка проблемы, генерация идей и собственно отбор и оценка этих идей. Этим методом можно очень эффективно решать проблемы различных организаций и структур – от семьи до государства, от Федерации альпинизма России до транснациональной корпорации «Ваще все ларьки вокруг ваще всех метро». Я увидел, что на 80% успех штурма зависит от роли координатора. Эту роль мастерски, я лично был в восторге, сыграл сам президент ФАР. Правда, по его словам мы - тоже ничего. В других федерациях вроде как на таких мероприятиях блокируются двери и окна, и идет физическое убеждение оппонентов. Какие-то мы - уж слишком толерантные…

Были сформированы 7 групп: «Массовость», «Развитие альпинизма в регионах», «Нормативное обеспечение», «Стандарты подготовки», «Безопасность», «Альпиндустрия и туриндустрия», «Спортивный альпинизм». Я попал в группу «Массовость», модератором которой был Слотюк Алексей (президент ФАиС Москвы). Еще одно новое знакомство.

После того, как группы поработали над формулировкой проблем, началось общее обсуждение последних и выяснилось первое жесткое противостояние. Группа «Спортивный альпинизм» (Одинцов, Яковенко, Шабалин) утверждали, что спорт высоких достижений это - наше все, и только он является двигателем развития альпинизма в стране. Мы кивали, потому как - очень уважаемые люди, но мысленно уже окапались и заняли оборону. Мы - это группа "Массовость".

Для себя мы решили в группе, что спорт высоких достижений очень важен для развития альпинизма в стране, но он является лишь хорошим дополнительным инструментом - без него можно обойтись, но с ним лучше. Я привел как аргумент на обсуждении ситуацию в Краснодарским крае - последние 20 лет в крае нет спорта высоких достижений, но альпинизм-то есть. Хороший или не очень, но он есть. Значит, все-таки не спорт двигает альпинизм вперед. Но уже по дороге домой я подумал, что отсутствие высококлассных спортсменов-альпинистов в регионе не значит, что альпинисты не подвергаются спортивному воздействию - они читают книги-интернет, у них есть кумиры, а это все спорт высших достижений. Александр Одинцов правильно показал, а я лично и не сомневался, что на Западе присутствует спорт в альпинизме в виде конкурсов и премий различных. Людям в любой области свойственно сравнивать себя с другими, меряться чем-нибудь. И у меня сформировалась другая формула - спорт не двигатель, а неизменная составляющая любой человеческой деятельности, и альпинизма в том числе. Нам свойственно соревноваться. Бизнес, балет, парикмахерское искусство, космос, собаководство, кулинария - везде есть спорт. Быстрее, выше, сильнее. Дьявольская работа, не иначе... Не вдаваясь в причины, надо признать все-таки, что спортивная составляющая есть в альпинизме и она очень важна. Но все начинается тем не менее с внутренней работы человека на восхождении, с его переживаний - Он и Гора, смогу-не смогу. У меня это, например, потом переходит в противостояние «Я на горе вчера» и «Я на горе сегодня» (кто сильней?). А у кого-то сразу появляется Он и Другой альпинист, и начинается сравнение - спорт.

Самое интересное началось, когда проблемы уже были обозначены и предлагались варианты решений и отбор этих самых решений.

И здесь надо отметить один из результатов этого совещания - мы все поняли, что очень важно договориться о значении слов. Работа станет намного конструктивней и многое решится само собой, если мы будем говорить на одном языке.

Что такое спорт? Википедия так толкует: спорт — организованная по определенным правилам деятельность людей, состоящая в сопоставлении их физических и интеллектуальных способностей.

Андрей Волков показал нам современный взгляд на спорт - play, game и perfomanse, а Алексей Слотюк указал на высшее проявление perfomanse - персоналии. Наш альпинизм, это чистой воды play - игры человека с самим собой. А правит бал в современном мире спорт-perfomense - действо, которое помещается в ТВ-коробочку. А персоналии - уже целенаправленное выжимание всех дивидендов с конкретного топ-спортсмена, не рекламируя и не финансируя спорт как таковой.

И здесь хочу сказать, что никто из нас как бы и не заметил в дискуссии, что соревнования у нас есть и это спорт, первенство, а вот какой спорт у нас содержится в разрядах наших, вообще не понятно. Во всех видах спорта любые разряды, включая юношеские, надо выиграть, победить кого-то, то самое сопоставление физических и интеллектуальных способностей. А у нас - выполнить в противостоянии с горой, своей ленью, погодой и т.д. И временных рамок как бы тоже нет. А спорт там где, я стесняюсь спросить? Абсурд. Вот и выходит, что спорт в альпинизме начинается с чемпионатов и конкурсов.

Один из самых жарких споров разгорелся на обсуждении идей нашей группы "Массовость". Алексей Слотюк покинул к тому времени поле битвы, и за группу выступал я. Мы современную картину в альпинизме представили в виде пирамиды, в которой на самой верхушечке находятся спортсмены - их мало, они лучшие, а может они лучшие потому, что их мало, в общем - как-то так. А внизу вся масса состоит из любителей. Любителей мы разделили на две группы - любители, которые играют в правила выполнения разрядов, и любители, не играющие в них, то бишь клиенты гидов и самостоятельные.

У нашей группы была задача решить проблему массовости. Понятно, что есть ряд известных мер, которые надо просто целенаправленно выполнять - работа со СМИ, реклама в обществе альпинизма, помощь от ФАР регионам, взаимодействие регионов и т.д. Но мы подумали, что прежде чем привлекать новых альпинистов, надо побороться за уже существующих. Эти две группы любителей сейчас в России вошли почти в антагонистические отношения - первые вторых пренебрежительно называют клиентами и указывают, что гиды их заводят за ручку на гору, а вторые первых считают мазохистами и дураками, потому что они ходят строем и играют в эти советские разряды. Почему бы не стереть границу между ними и не дать полное право называться всем им альпинистами.

Мы предлагаем выработать стандарт книжки альпиниста, в которую каждый альпинист будет записывать свои горы. Никаких печатей, пишет сам - кого обманывать? Это будет просто эпистолярное отражение альпинистской жизни человека. Для себя. Для других - когда будет приходить в другие команды, клубы, компании, чтобы понять уровень. Для компетентного доказательства подготовки в спорных случаях или разбирательствах. Ведь уровень альпиниста на самом деле подтверждается не разрядом, а маршрутом, который он смог пройти. И если человек ходит сложные маршруты, какая разница – оформлены они в кучку под названием разряд или сами по себе живут в его альпжизни? Можно ввести в графе "гора" подпись инструктора альпинизма, который является свидетелем твоего восхождения или просто тебе верит, потому как знает. И весь альпинистский мир должен верить этой подписи.

А хочешь ты играть в спорт? - ходи свои горы по спортивным правилам, пусть тебе засчитывают их только на соревнованиях, как сейчас прописано в законе о спорте. И тогда любой любитель без оглядки сможет называть себя альпинистом. Не будет противостояния идейного. И может быть, он увидит пользу от деятельности ФАР, а она действительно есть, и станет ее членом. И будет нас больше.

А надо сказать, что реально группа любителей-спортсменов, т.е. нас, ничтожно мала. Зон-Зам в своем выступлении привел такие цифры - на Килиманджаро поднялось за год 6000 россиян, в Непал слетали с различными программами 25000. Я был в легком шоке от таких цифр. А сколько по России ходит? Эти цифры говорят о том, что не мы с людьми работаем. Кто угодно, но не мы...

Надо сказать, что есть риторические вопросы, которые не обсуждались. Например, я не знаю, нужна ли массовость. С одной стороны, это количественный показатель востребованности и правильности твоей работы, а с другой – коэффициент твоей моральной ответственности за людей, которых заманил в горы. Также я не понимаю, почему это студенческий вид деятельности? Мы создали чуть ли не самый дорогой вид досуга, а теперь за уши два десятилетия притягиваем к нему самый незащищенный слой населения. Берем иждивенцев и кидаем их в игру, в которой нужны люди Слова и Дела. Создали дорогостоящий полигон по превращению мальчиков в мужчин и не можем их заставить хотя бы одно препятствие преодолеть, чтоб попасть на полигон. Пойти фуры поразгружать, флаера пораздавать, повисеть пару месяцев среди других улыбающихся дебилов на доске почета в Макдональдсе - заработать себе пропуск на полигон. Не понимаю...

Но, это я отвлекся. Вопросы надо задавать до вступления в команду. Но если ты в команде, выпендриваться не надо, поставлена задача - ее надо решать. Игра такая. Вот мы и решали, как увеличить массовость.

Вот на этой стадии и разгорелся спор, казалось бы, ни о чем. Казалось бы…

- А кому и когда выдавать книжечки эти альпинистские?

- Ну, как когда? Стал человек альпинистом, вот и выдавать.

- А когда он стал альпинистом? И что такое альпинист?

- Альпинист - это человек, который поднялся на вершину из чистого интереса (специально опустил логичное из "спортивного интереса", иначе вообще крышу сорвало бы от споров – я боюсь спорить с Одинцовым, он физически сильней). Все. Дайте ему книжку, пусть начинает писать в ней свою альпинистскую повесть...

"Ага, - сказал Сергей Шибаев, - хрен ему по всей морде. Альпинист - это человек, который разделяет с нами наши взгляды, ходит в горы и является членом ФАР!" Про морду, конечно, Сергей так не сказал. Добрейшей души человек. А ведь мог! Но смысл был такой - Зачем на него работать, если он еще не "наш"?

(Пока пишу рассказ об этой встрече, в нете появилась лекция о НС Сергея Шибаева, прочитанная им в Центральной школе инструкторов в июне 2010г. И там летом Сергеем был поднят этот вопрос о значении слова «альпинист». И я увидел, что это взвешенное мнение, а не экспромт на совещании. Всегда лучше иметь убежденного оппонента, чем просто сотрясателя воздуха. Тем более что Сергей не теоретик, а много лет отдал не просто альпинизму, а работе с людьми в альпинизме. И со здравым смыслом у него все в порядке. И если мы не сможем с Шибаевым понять друг друга, то тогда только тот вариант из других федераций – блокировка дверей и окон и …по старой схеме!

Кстати, посмотрите на цифры альпинистов, которые приводит Шибаев, а потом на цифры великого и большого Зон-Зама)

Странно немного. Ведь это же элементарно, что понятие альпинист это функциональная характеристика, а член ФАР - это всего лишь принадлежность к ограниченному сообществу этих альпинистов. Первый может и не быть вторым, но второй не может не быть первым. Я не ожидал от Сергея такого. Пришла беда, откуда не ждали.

Так можно договориться до того, что и Месснер не совсем альпинист. Вдруг, он не входит ни в какую федерацию? Как он живет с этим внутри?

(Жалко конечно, что на совещании не было Месснера. Там даже не с визой проблема... Мы сначала неудобно себя чувствовали без Него, а потом - ничего, привыкли.)

Казалось бы чисто теоретический спор, но прав Андрей Евгеньевич - это ключевой момент в модели федерации. Если принять точку зрения нашей группы (кстати, возможно не все в группе ее разделяют, мы не обсуждали этот момент, и я уже нес чистую отсебятину), то ФАР станет открытой организацией с минимальными входными требованиями. И большое количество людей станет себя называть альпинистами. И очень быстро все разрядники поймут, что горовосхождения никак не связаны с разрядами. А чтоб выиграть национальный чемпионат по альпинизму надо не медалями грудь себе увесить, а быть монстром на маршруте. И все станет на свои места. И вся масса любителей будет финансировать отдельных героев-профессионалов и саму структуру - и всем будет счастье. Кроме тех, у кого счастье связано с действующей спортивной моделью в нашем альпинизме. Им придется отойти в сторону или научиться работать с людьми – так работать, чтоб люди готовы были отдать им свои деньги. Ну, я так думаю...

А если все-таки поставить в основу деятельности ФАР другую точку зрения, будет усугубляться сегодняшняя ситуация. Мы станем вообще закрытым клубом. Кстати, такая модель несколько раз упоминалась на совещании - норвежский элитный клуб с очень серьезным входным цензом. Да только у нас получится по другой причине закрытый. Как в анекдоте про неуловимого Джо - да он нафиг никому не нужен! Базы и турфирмы будут работать с клиентами, учить их будут гиды. Как только появится в обществе спрос на более профессиональную подготовку клиентов, гиды пройдут подготовку за очень дополнительные деньги и станут компетентнее наших инструкторов. А ФАР останется на обочине жизни.

Так может не надо делить общество на "наших" альпинистов и "не наших"? Может, попробуем подумать логически и откровенно? Что мешает назвать альпинистом человека, который с гидом поднялся на Эльбрус? Только ли факт восхождения на Эльбрус с гидом? А может причина глубже? А может нам не нравится, что он с деньгами и жирный? И мы не хотим понять, что это плата и расплата за то, что человек в свое время взял жизнь в свои руки и занял активную жизненную позицию, пока мы в нищете оттачивали свои мускулистые тела. Мы не пускаем его в свой мир, потому что иначе ему достанется все. Может в этом причина? Пусть он занимается дайвингом и яхтингом - это для него. А нам останется наш альпинизм - мужской спорт, бла-бла-бла и все такое.

А мы работаем в клубе с такими людьми и многие вопросы с ними решать очень легко, потому что у них есть житейская мудрость и нормальный взгляд на ценность человеческой жизни и поступков. А если мы начнем вводить количественный ценз на вход в наш мир, то это мне тоже кажется не правильно. Поднялся 5 раз на вершину, значит - наш. Мы скатимся к риторическим утверждениям "три это куча, а два - нет". Вот Шатаев приводит пример, что он сводил 25 челов на Арарат и дал им значок "Альпинист", и спрашивает, что они теперь - альпинисты? А кто? Конечно, альпинисты. Да, плохие. Да, убогие. Да, ниже плинтуса. Но - альпинисты!

А можно копнуть еще глубже. Альпинист - это человек, который занимается альпинизмом, а это в свою очередь процесс, в ходе которого человек поднимается на вершину без какого-либо (спортивного) интереса. Пастух с овцами пролетает.

Далее. Клиент на Эльбрусе – он участвовал в процессе? на вершину шел? совершил восхождение? глагол совершенного вида? Т.е. и шел и поднялся на вершину. И кто он после этого?

Его единственное восхождение в жизни и ваши триста восхождений - сейчас в прошлом, и у него, и у вас. Чем вы от него отличаетесь? В будущем у вас возможно еще триста, а у него одно или наоборот, но это сослагательное наклонение, так нельзя.
А если судить по уровню подготовки, количеству гор, то «наших» половину надо раздеть.

На совещании этот вопрос остался без ответа и каких-либо решений. Но, определение проблемы - уже половина ее решения.

Почему-то этот спор вылился почти в диалог Сергея Шибаева и мой, Андрей Волков только подливал умело масла в огонь. Наверное, большая часть приняла его (разговор) как не нужное теоретическое упражнение.

Надо сказать, что со спортивной группой мы помирились - а как иначе? Они признали, что спорт высших достижений есть в альпинизме в России и что он полностью убыточен, а это значит, что он не очень востребован в обществе, а для локомотива это как бы обидно. Мы же признали, что спорт высших достижений есть и он нужен.

Совещание закончилось без всяких резолюций и решений, но надеюсь, все эти дебаты были не впустую.

...Я гнал свою машину по трасе М4 и думал о ФАР.
Я был ужасно доволен поездкой. Я познакомился с такими людьми - Волков, Душарин, Кузнецова, Яковенко, Пятницын, Слотюк, Брык. Я посмотрел на ФАР изнутри и увидел совсем не то, в чем был убежден. Я увидел в руководстве умных и адекватных современных людей, которые делают достойно свое дело. Конечно, у меня нет всей информации о деятельности ФАР, чтобы делать какие-то обобщения, и мое мнение сугубо личное и субъективное, где-то излишне эмоциональное.

Я увидел и непонятные мне вещи. Например, отсутствующий полностью институт членства. Никто в федерации не знает количество членов федерации. Потому как опять же не договорились о значении слов. Опыт моей работы в клубе, в краевых федерациях альпинизма и скалолазания уже давно мне говорит, что только членские взносы способны навести порядок в этом вопросе. И еще один момент. Попав в любую структуру, я сразу интересуюсь - где здесь выход и как получить доступ к принятию решений? А нормальный демократический доступ к управлению структурой лежит опять же через четко обозначенный институт членства (это акции или человеко-голоса членов федерации). Кто лучше работает, тот и лоббирует свои интересы. Нормальная схема. Этого, как я понимаю, нету. Ну и не понятно, как формируется бюджет, если члены федерации в этом не участвуют – физически, своими средствами не участвуют.

Горный клуб. Идея понятна. Реализация не понятна. Пока не понятна, Андрей Евгеньевич.

Также могу сказать кое-что для тех, кто считает, что ФАР ему ничего не дает, и он тоже ей ничем не обязан. Дает и обязан.

Хижина на седле. Да, крыша слетела. Но поляков успела спасти. И ФАР на следующий год ее восстановит. И при входе в хижину никто у вас корочку ФАР спрашивать не будет. И идет речь о хижинах по всему Кавказу. А вести такой разговор с чиновниками – это отдельная неблагодарная работа и кто-то ее делает, а мы не видим.

Страхование в горах. Будут пользоваться все. А именно ФАР выступает одним из экспертов в этом, нам показали на совещании, непростом вопросе.

Школа гидов международного уровня. Кто ее столько лет проталкивал?

Школа инструкторов. Сохранили. Возродили. Сейчас еще улучшат.

И масса подобных примеров, за которыми, казалось бы, нет конкретной пользы для отдельностоящего у маршрута альпиниста, которую он может пощупать, но это (польза для него) работа клубов, а ФАР создает общее благоприятное пространство для деятельности клубов и секций.

Нравится мне, что в правлении не просто альпинистские чиновники, а альпинисты, которые многие годы посвятили альпинизму и работе с людьми - Волков, Душарин, Кузнецова, Одинцов, Шабалин, Слотюк, Яковенко и др.

Думаю, что чуть ли не единственное достояние, которое нам досталось от СССР, это школа. И здесь, мне кажется, ключевым звеном является школа инструкторов. И конечно, личность руководителя школы играет самую большую роль в этом вопросе. За два дня я перекинулся всего двумя словами при прощании с Иваном Трофимовичем, но я смотрю на него и просто физически ощущаю позитив, который идет от этого человека. (Перед подготовкой к К2 в 2007 году я полностью проштудировал его и Волкова дневники об их экспедиции на К2 в 96-м. И сейчас по приезде опять не удержался – залез зачем-то на их сайт и почитал).

Но была маленькая ремарка на совещании, которая заставляет меня лично очень осторожно петь дифирамбы нашей инструкторской школе. Лично Душарин и другие инструктора рассказали, как летом давал в школе скальный блок приглашенный спец из Европы (кажется). Их мнение было восторженно-единообразным: «Мы увидели, КАК работает профессионал!!! 6 часов готовится, потом 2 часа проводит занятие и сколько всего успевает!» Я думаю, что Душарин - один из наиболее компетентных в этом вопросе. И если он так отзывается о работе заморского спеца, значит – что-то не ладно в нашем королевстве. Надо нам срочно учиться.

Был удивлен, когда узнал о спортивном бюджете ФАР – 500 тыс в год! В моем мозгу сразу четко загорелся нецензурный вопрос – какого хрена? Ради чего мы играем в этот спорт? Зачем мы прогибаемся, аж спина болит, если не сказать конкретнее, под государство, если там никакой игры призовой нет? С государством можно и так общаться, без этого закона о спорте, по которому мы сейчас должны проводить липовые соревнования, чтоб присвоить эти несчастные разряды. Я-то наивно полагал, что там хоть цифры адекватные, а там полный ноль – 500 тыс. Смешно.

Но… Павел Шабалин привел свой аргумент и лично я его услышал. Используя спорт как удочку, местные федерации под эти чемпионаты-разряды получают разное финансирование, которое помогает и спорту и рабочие места дает. Да, размеры этого финансирования - другой вопрос. И с государством, добавлю от себя, легче общаться, если ты при каком-либо департаменте аккредитован или как минимум ими «посчитан». Принимается, Павел. Но… Надо понять изначально с Госкомспортом мы хотим играть или с людьми. Мне кажется с людьми – честнее, более открыто и намного прибыльнее. Посмотрите на цифры Шибаева и Зон-Зама. Но… Для этого надо ломать! А кому охота?! А потом – РАБОТАТЬ! Это бизнес – провели реформацию, вложились, а уж потом призовая игра. Наверное…

Я ехал и думал, ведь это же так элементарно. Почему не сделано? Ведь Андрей Евгеньевич, прекрасно все это понимает. В личной беседе с ним вообще поспорить не получилось – я ему слово, а он мне два в подтверждение моих мыслей, я ему - «надо так», а он мне - «надо только так, как ты сказал». Как тут спорить, елы-палы?

А трасса М4 – длинная. Что еще делать между штрафами? Только думать…
И подумал я, чего ты хочешь от людей? Это ведь все равно спорные вопросы. Есть более очевидные вещи, и понимание их не влияет на поступки людей. Например, курение – все понимают и курят. Усилие надо сделать. Но, чтоб перестроить федерацию, тоже надо ой какие усилия сделать. А кому охота? А еще надо быть убежденным, что правильные усилия делаешь. С бросанием курить – там все однозначно. А здесь - еще не очень.

Поэтому, может быть, и правильно, чтоб все идет без революций. Чтоб решения были продавлены самой жизнью.

В общем, очень интересно….И я как мальчиш-плохиш прошу – возьмите меня в свое буржуинство! Я чем-нибудь пригожусь…
 

Олег Афанасьев

  • Только вода
  • Альпика Спорт
  • Триал-спорт
  • Red Fox
  • Вертикаль
  • Додо пицца
  • Альпиндустрия
  • Decathlon